January 1st, 2020

flame

От движений душ к движению капиталов…

Почитываю воспоминания сына Берии и вижу то же, что и везде, и не только у нас: в управлении, клире (академия), госсистеме и на производстве на соц. уровне происходит разделение на
— практиков, т.е. кому важен результ в виде общественного блага, их честолюбие удовлетворяется по факту создания материального продукта их деятельности и его востребованности, а не цены.
— аппаратчиков, т.е. интриганов, кому важен результат в виде личного блага, удовлетворение их тщеславия происходит за счёт личного накопления материальных составляющих оного блага и общественного статуса.

Причём это разделение происходит на каком-то почти физиологич. уровне индивиидуумов: они, соответственно, получают удовольствие — одни от практического результата в виде продукта их деятельности, другие — в виде регалий, удовлетворяющих тщеславие, куда, в регалии, входят и материальные накопления и, потому, общественный статус.

Первые — это труженники и, почти парадоксально, основа для аристократии.
Вторые — это плебеи и, тоже парадоксально, основа тех, кто разрушает аристократию.

Аристократия — это буквально те, кого нельзя купить: у них и так всё есть. Или же они берут/делают то, что им надо: продукт, власть, даже любовь.
Плебеи — это буквально те, кто покупается и покупает: им вечно чего-то не хватает и они вынуждены всё только покупать/захватывать: продукт, власть, любовь…

Советская система 1917-1953 была аристократией. Потом её захватили плебеи — сверху, сначала с ЦК Политбюро. Точнее, они её стали прихватывать сразу же, как только она появилась: очень ценный ресурс, а чем ценнее ресурс, тем боле у плебея возникает жадности.
В 1953 они захватили сначала управление системой, а в 1985 полностью прихватилизировали и саму систему как есть: точнее, захватили продукт, а саму систему порушили.

Проблема аристократии — пренебрежение плебскими занятиями/интересами: аристократов объединяют идеи, а плебс — капитал и его меновой эквивалент, осуществляющий связи между им подобными. На языке плебса деньги — это код. Соединительный, программный, идейный.
Код аристократии — это этика и эстетика… что-то ещё — то, что не имеет менового эквивалента, — те же произведения искусства, как только они воплощены в продукт и если не принадлежат всем и каждому, т.е. народу, то становятся предметом мены и получают соответствующий меновый эквивалент, т.е. переходят в категорию плебейскую.
Художник — аристократ только пока творит. Как только он продаёт свой продукт, он тут же становится плебеем.
Про это см. ещё у Пушкина (поэт и книгопродавец).

Потому так отчаян был призыв аристократов — «пролетарии, объединяйтесь!» — он же исходил из того, как прочно объединенины, через свой код (капитал, деньги), плебеи…