JesCid (jescid) wrote,
JesCid
jescid

Categories:

Восток-Запад глазами француза.

С разрешения автора привожу перевод письма, полученного мною в качестве некоторого итога наших дискуссий (мой приятель, почти коллега, приезжал с другом в гости год назад). Перевод с французского. Заранее извиняюсь за возможную неудобочитаемость, ибо искусством литературного перевода не владею.

«Мне трудно тебе объяснить, почему во Франции (да и вообще в Европе) боялись Советского Союза. На прошедшей неделе я попытался найти мои школьные учебники по истории у родителей, но всё что нашёл - это толстый слой пыли на кипе книжек, которую мне вернули старые приятели.

Когда говорят кому-то чего он должен бояться и при этом нет никакого средства или желания проверять, стоит ли этого бяться, то что тут можно поделать? Остаётся только пребывать в уверенности большинства, разделяя его мнение.
Насколько я могу помнить ещё в детстве, СССР был опасной тоталитарной "дьявольской" страной.

Можешь ли ты представить, как бы у нас сложился тот разговор в Москве [на тему советской системы - J.], если бы он происходил 15 лет назад, когда на Берлинской стене появились первые трещины - перед тем, как она рухнула?
Я думаю, что тогда мои родители были бы измучены страшными галлюцинациями, видя как я собираю свой чемодан для поездки в Москву, где и тебя тогда ещё не было, и хотя мой отец всегда и неизменно голосовал за левых, он бы обязательно мне наказал ни в коем случае не знакомиться с русскими.
Или же, представь себе, что я в то время вдруг поднимаюсь со своего места в классе чтобы при всех подвергнуть сомнению факты жестокости и приближающейся угрозы со стороны Советского Союза и его стран-сателлитов. Я очень хорошо помню свою учительницу истории - она была очень энергичная, увлечённая своим предметом, она показывала нам много фильмов и документов различных исторических эпох, которые мы пересекали вместе с ней, и, особенно, чтобы аргументировать наши обсуждения событий, я помню, как она указывала на свои карты старым чёрным зонтом, чтобы усилить драматический эффект. Она говорила нам, что чем больше она выделывала такие трюки, жестикулируя перед нами своим зонтом, тем более она надеялась вложить в нас знания нашей истории. И ей это немного удалось, но на самом деле я очень хорошо помню её зонт и её непередаваемую мимику, и помню всё ж несколько хуже - что конкретно она хотела нам привить. Короче, я был тогда очень хорошим учеником и только это обстоятельство спасло меня от последствий моей возможной тогда юношеской дерзости. Но всё ж попытайся представить себе как я ей объясняю, что западная идеология нас обманывает и что Советский Союз вовсе не был кровавым и милитаристским монстром, которого она нам представляла в свете ужасных взрывов ядерной войны, карибского кризиса [на фр. почему-то он звучит как "Kennedyesques" - J.], массовых репрессий, депортаций и огромных очередей перед магазинами Советского гос-ва. Если бы я хоть немножко стал настаивать, я бы, конечно, не оказался в тюрьме, потому что во Франции граждан не заключают за высказывание идей - и это то немногое, что нам ещё остаётся, но, я полагаю, я вполне мог бы оказаться в покоях для непокорных умалишённых.

В течении десятилетий детей учили бояться СССР, их родители говорили им бояться СССР, государство говорило их родителям бояться СССР, СМИ, большинство образованных людей говорило им бояться СССР. Что мы должны были делать? С твоей точки зрения можно аппелировать к логике, конечно, но за всем этим нет никакой логики, невозможны более глубокие размышления, когда на протяжении всего твоего образования из самых начал тебе непрерывно повторяют одну и ту же вещь. Ты просто в это веришь и считаешь это истиной. Ничего больше. Зачем пытаться рассуждать разумно? Это роскошь, которую себе могут позволить только элиты. Я могу привести в пример моих родителей, родившихся во время войны. Это дети холодной войны, они вышли из среды скромной жизни, и всё, что их всё время заботило - это свести концы с концами в конце месяца чтобы в итоге я и моя сестра ничего не потеряли, получили то образование, которе мы хотели и чтобы семья могла провести отпуск в августе. Они посвятили себя целиком нам и нашему воспитанию. И как 90% французов, доверяя полностью или частично, но они получали лишь ту информацию, которой их снабжали. То обстоятельство, была ли она правдивой или лживой - ничего не меняло в их повседневной жизни - так с чего им было подвергать её сомнению? Они имели и так достаточно других проблем [дословно - "chats а fouetter" - кошек похлестать]. Ты доверяешь большинсву, общественному мнению и действительно неважно - что игнорировать, а что нет, и так полно насущных будничных забот и приоритетов. А среди 10% оставшихся конечно же была небольшая партия хорошо образованных интеллектуалов, способных даже установить историческую правду, ведь если в твоём нежном возрасте ты слишком наивен, это ещё не значит, что твоё сознание не может проснуться позже. Но их было слишклом мало, они были изолированы от большинства, на них указывали пальцем как на дискредитирующих себя безумцев. Кого заботит мнение каких-то сдвинувшихся чудаковатых революционеров?

И сегодня еще, радикальные левые партии называются "коммунистическая партия" [parti communiste], "рабочая борьба" [lutte ouvriиre] или "лига коммунистов-революционеров" ["ligue communiste rеvolutionaire"]. Как голосовать за партии, носящие революцию в своём заглавии в нашем мягком обществе? Народ верит в то, что реально представляет собой власть и то, что власть пишет в школьных учебниках, в текстам которых доверяют от души. Народ верит и в тот образ, который ты называешь навязанным и предвзятым, но который был для нас торговой маркой СССР. В любом случае, та история, которую учат в школе всегда сокращена. Надо пройти всё как можно быстрее и проще, пройти за несколько часов десятиления мировой и европейской истории, останавливаясь только на великих битвах, датах, - французская школа это школа обучения, а не размышления.

Есть одна любопытная деталь, о которой я догадываюсь сегодня и которая мне кажется очень важной - это цвет. Его выбор должен был оказывать несознаваемое влияние на наши молодые формирующиеся мозги: коммунизм - красный, цвета крови, агрессивный, воинствующий, а западная "демократия" [кавычки в оригинале - J.] синяя, тёплая и подбадривающая, идея достаточно примитивная, но я уверен, что она действует изнутри. Цвет, который предпочитают люди чаще синий, редко красный. и географические карты нашего детства т.о. склоняют нас к западу.

В конце концов я считаю, что узнать правду необычайно трудно. Много легче разрушить подделку, чем выстроить правдивую картину. Я не нашёл мои школьные учебники, но я нашёл в библиотеке подписку одного журнала о советской эпохе, журнала, который можно охарактеризовать как вцелом во Франции скорее нейтральный и достаточно печатаемый, чтобы иметь репутацию независимого. В целом, в нём не склоняются ни вправо, ни влево, но всегда поддерживают сдержанный оппортунизм по отношению к властям. Я мог бы тебе постепенно рассказать о содержании этой подписки и тебе бы стало понятно, каким было общественное восприятие СССР во Франции.

И сегодня я не уверен, что общественное мнение радикально изменилось по отношению к России. Страх, конечно, в общем, исчез, но информация по прежнему преподносится очень ориентировано и манипулятивно. Телевидение вошло во власть и его влияние куда более значительно, чем раньше, издательская линия основных каналов следует "рекомендациям" власти, конечно, демократичным способом, но всё же, то и дело расцветают скандалы на отношениях между СМИ и политиками, но их забывают очень быстро. Тогда как производство сенсаций поставляется непрерывно. Хороший пример - это подача выборов в восточных странах. Каждое новое появление какой-нибудь коммунистической партии театрализуется как возвращение коммунизма, готового задушить в своих кровавых объятиях начинающийся освободитель-капитализм. Тут же представляют, что страна снова собирается замкнуться сама на себя. Возвращаясь назад, - падение Союза само по себе было представлено со множеством страхов и вопросов.

Была ли это тогда боязнь красных, заполоняющих восток, чтобы раздавить в крови любые попытки революции в
желающих освободиться странах. Откуда она была? Ниоткуда. А какая могла бы быть истинная возможность реакции? Должно ли благодарить Горбачёва? Для запада это великий человек мира. Что касается меня - я не знаю что и думать (даже если не буду слушать твоё достаточно резкое мнение). Апофеоз - когда Украина стала требовать независимость. Она проигрывает любую битву на западе, являясь житницей зерна и имея ядерный флот на своих берегах. И властям, и СМИ на западе ничего не нужно делать, чтобы покрыть тенью этот конфликт распада у дверей Европы. Но не может же Россия терять такое стратегическое преимущество (Украина) по доброй воле. Что же произошло? Ничего. А Чернобыль? Слава информации. Кроме того, что это сама по себе ужасная катастрофа, так нет - месяцы спорят и ядерном регулировании экс-СССР, классифицируют заводы по степени риска, идут репортажи о промышленном загрязнении по всей России - так, как будто русские чуть ли не забодятся о том, как бы повзрывать свои заводы. Официальная версия всегда аппелирует к ветхости конструкций. Версия специалистов всегда склонятеся к ошибкам человека. Вот, Ельцин у власти и появляется страх паров водки, под которыми он жмёт на красную кнопку. Это кажется чем-то абсолютно нереальным, но это правда, я тебя уверяю, это действительно на полном серьёзе обсуждалось СМИ! Уровень этила в Борисе - может ли он превысить критический порог его глубокой дебильности? А после Ельцина ещё один великий страх - партия опять собирается взять в свои руки власть, опять баллистические ракеты собираются нацелить на Нью-Йорк. Правда это или ложь, это пугает, потому что как всегда придаётся только один смысл, без какого-либо настоящего расследования. Путин сегодня успокаивает запад. Это то, что делает его популярным. И создаётся впечатление, что если он и опасен, то только для своего народа. И тогда опасения перемещаются к другим горизонтам, другим уголкам мира.

Последние годы страх перед востоком сходит на нет. Но тут никогда не упускают случая снабдить набором губительных фактов из истории восточной системы. Сегодня, когда говорят о коммунистических странах, о сегодняшней экономике там, о ежедневных людских трудностях там, всегда говорят "вот катасрофический результат 50 лет коммунизма". Слушает ли кто свидетельства, подобные твоим? Слушают ли тех польских крестьян, чьи свидетельства транслируют в тёмное время 2 часов утра на ночном канале, в которых они говорят о том, что их условия жизни были лучше 20 лет назад? Нет. Не надо это никому. Нельзя подставлять под сомнение марширующую повсюду рыночную экономику.

Сегодня восточные страны (восточная Европа - J.) присоединяются к европейскому сообществу. Это объявленная катастрофа. Не надо вновь подставлять под сомнение политическую идеологию наших стран. Надо ли слушать 60% чилийцев, которые считают, что жизнь была лучше при Пиночете? Нет, не надо. Надо ли выяснять что стало с африканскими народами в экс-колониях в странах с диктаторами, поддерживаемыми Францией? Нет, не надо. Всё политически правильно. Это дипломатия, несомненно ...

Думаю, такова человеческая история. Человек живёт своими страхами и очень мало своими желаниями. Не уступает риску, охраняет своё, защищает своих, это такой инстинкт выживания, может быть. Этот инстинкт выживания и защиты использует власть, чтобы установить свой авторитет. Есть такая потребность в идентичности, потребность в принадлежности к, чтобы чувствовать себя в относительной безопасности. Весь мир не может быть красивым и милым, вот и есть такая потребность в идентификации с партией, с регионом, с народом, с этносом. А что с другой стороны стены? Всё то же самое, но с другой идеологией и культурой - с другой, а не худшей, было бы надменно и социологически ошибочно рассматривать одну цивилизацию выше другой. Процессы эволюции могут быть различны, но некоторые заканчиваются тем, что добиваются признания, всегда силой.

В демократии есть достаточно забавный парадокс: не демократия ли в конце концов уничтожает мнение меньшинства, которое имеет право отстаивать свою позицию, но не имеет права на власть, тогда как большинство решает вопросы о политической эволюции страны? В противоположность анархии, тоталитаризм или государственный переворот дают власть меньшинству, но последнее при этом зависит от большинства. И часто история пишется именно меньшинством. М.б., настоящая история пишется большинством, но это редкость.

Когда подумаешь о Ельцине перед парламентом со своими несколькими сотнями сторонников, не понимаешь, как он смог перевернуть тип власти. Это либо чудо, либо организованный маскарад. Официально во Франции, это человек который освободил Россию от коммунистического ига. Не удивительно ли? Информация сама себе может быть и верная, но она усиливается или преуменьшается согласно потребностям пропаганды...

...Возвращение в капиталистическую реальность скучно.
Здесь друзья меня спрашивают о поездке. Знаешь ли, поездка в Москву и сегодня кажется для многих здесь каким-то мифическим, опасным и авантюрным предприятием, потому что мы по прежнему остаёмся во власти всех наших вымыслов - anti или pro советских...»
Автор - F.M.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments